Книга-интервью Евгения Степанова из серии «Биография» рассказывает нам о жизни и творческом пути прекрасной русской поэтессы Нины Красновой, чья судьба неразрывно связана с нашими выдающимися современниками. Ее воспоминания о таких мастерах поэзии, как Евгений Долматовский, Татьяна Бек, Андрей Вознесенский — это история советской литературы, которую невозможно «подстричь» строгими рамками цензуры. Еще более свободными от оков «официального» литературного языка выглядят представленные в книге озорные частушки, о которых Евгений Степанов в предисловии с полной уверенностью говорит: «Ненормативная лексика в припевках Красновой всегда оправданна».
Удивительно, откуда берется этот литературный жанр, как он «прорастает» в пишущем человеке? Лириков и бунтарей в литературном сообществе пруд пруди, а ты попробуй сочини маленький, «ядреный» куплет, от которого стыдливо краснеют щеки… Частушки Нины Красновой — чистая импровизация, твердо стоящая на фундаменте народного творчества. Их хочется громко исполнять и пересылать близким, чтобы те тоже посмеялись, а уж запоминаются они с первого раза, так, что потом хочешь не хочешь, а не забудешь… Это особый стиль, слово, на которое, согласно русской поговорке, «не накинешь платок».  Сама поэтесса так объясняет свое пристрастие к данному жанру: «За это спасибо моей матушке — у нее был очень богатый простонародный рязанский, с солотчинским колоритом язык, в который входили и пословицы, и поговорки, и прибаутки, и присловья, и заклички, и загадки, и потешки, и корилки, и баюкалки, и частушки… в том числе ее собственные частушки. И все это она передала мне». Связь поколений — та сила, которая не дает русской частушке уйти в историю. Для того, чтобы работать с этим удивительным феноменом русской культуры, автору нужно его полюбить всей душой, не допускать пародий и стилизаций «на тему», иначе выйдет пошлость вместо озорства. Впрочем, веселая, игривая частушка — это только одна, уникальная грань таланта Нины Красновой. В книге также представлены лирические стихотворения поэтессы, обманчиво «простые», как народная песня:

Интервью как жанр определяет ритм диалогической подачи информации. В этой книге Нина Краснова, отмечающая в 2025 году юбилей, отвечает на вопросы Евгения Степанова. Факты из жизни замечательной поэтессы расцвечены интересными историями, которые она рассказывает о своих учителях и коллегах. События эти происходят в разное время, и автору потребовалось немало усилий, чтобы воспоминания героини представляли собой стройно изложенную ею самой линию жизни. Но благодаря кропотливой работе автора они связаны в одно сложное событие, которое обозначается как самостоятельное произведение со всем его событийным разнообразием.
Цель разговора у каждого из участников своя. Автору важно «раскрыть» нашу героиню, поэтому мягкое ведение диалога, открытые вопросы ощущаются нами как своего рода дорожные знаки, задающие беседе направление и дружелюбный тон. Собеседница излагает ему свою позицию, рассчитанную на массового адресата, подробно рассказывает о себе и о людях, которые ее окружали и окружают на протяжении жизни. И начинает с предков, с истоков рода, что не может не радовать. Она также горячо благодарит всех, кто оказал на нее влияние, тепло отзывается о тех, кто ее окружал, и читая эти слова, мы ощущаем прилив ностальгии: «Атмосфера в общежитии Литературного института в то время была творческая. Студенты жили по двое в комнате. Причем студенты были не только русские, но и нерусские, разных национальностей, "дети разных народов", из разных республик Советского Союза — белорусы, украинцы, таджики, дагестанцы, латыши, львовские поляки, также и болгары из Болгарии, чехи и словаки из Чехословакии, африканцы из Эфиопии и Йемена… Все ходили в гости друг к другу, к своим соседям по этажу. Показывали и читали друг другу свои новые сочинения. Пили чай. А кто-то и что-то покрепче. Разговаривали по душам. Готовили на общей кухне еду. Дагестанцы, например, варили в казанах плов, угощали сокашников пловом… Никаких драк и конфликтов между студентами не было».
При этом письменная форма интервью вторична по отношению к смыслу сказанного. Такую беседу вполне можно представить себе и в аудиоформате, и в виде документального фильма. Но не только ограниченность эфирного времени побудила журналиста опубликовать биографию Нины Красновой отдельным изданием. Книга — особый носитель информации: мало того, что каждый экземпляр может послужить сувениром, вещью, напоминающей как о замечательной героине, так и об авторе, книга еще и устанавливает невидимые связи между ними и читателями. Да и сами читатели образуют между собой поддерживающее сообщество, правда, эффект взаимного узнавания часто отложенный, но эти связи намного прочнее, нежели коммуникация посредством СМИ.
Развернутое интервью Евгения Степанова, ставшее в итоге книжечкой в мягкой обложке, — наиболее целостный психологический портрет Нины Красновой, который дает исчерпывающее определение ее жизненных ценностей. Это очень чистый и открытый человек, для которого в литературном мире нет конкурентов, а есть товарищи по перу: «И почти со всеми я дружила. И всем посвящала свои стихи, а кто-то и мне. И у многих я брала интервью. И почти со всеми переписывалась, когда жила в Рязани, а потом в Москве дарила им свои книги, а они мне — свои, которые я читала с карандашом в руках и о которых писала каждому свои отзывы с подробными лексико-стилистическими анализами. И у всех я училась "чему-нибудь и как-нибудь", училась тому, как надо и не надо писать…». Она и в обычной жизни такая — веселая, хлебосольная, душа компании, которая любит людей и в каждом старается найти что-то хорошее, и для каждого у нее найдется доброе слово. Отвечая на вопрос о том, чему научилась у многих известных поэтов и писателей, с которыми общалась, поэтесса продолжает: «…и как надо и как не надо жить, и как вести себя в очень непростом литературном мире и не уронить, и не потерять себя и сохранить свою душу… и (это я цитирую тебя, Женя Степанов!) делать только то, "что не делать нельзя"».
Несмотря на то, что жанр интервью предполагает, что журналист лишь посредник между своим собеседником и широкой аудиторией, его вопросы, с одной стороны, должны быть достаточно продуманны, чтобы послужить стимулом к содержательному высказыванию, а с другой стороны, они обязаны содержать вводную информацию, чтобы читатель самостоятельно составил мнение об интервьюируемом. Отвечая на вопросы Евгения Степанова, Нина Краснова предстает перед нами такой, какая она есть на самом деле, не стесняясь своего прошлого, и свободно говорит о минувшем:

Книга дополнена цветными фотографиями разных лет, что придает ей дополнительную документальную ценность и особое очарование. В обработанном автором биографическом материале интервью-портрета делается упор на выявлении особенностей характера собеседницы, на те качества, которые помогают ей жить и творить, оставаясь тонким лириком с широкой душой. Как пишет в предисловии Евгений Степанов: «…Нине Красновой выпал удивительный дар. Выражая себя, она выражает этнос. Это бывает крайне редко».